Афганец Андрей Кириченко: «В письмах родителям ты не должен писать о войне»

С ветераном Афганской войны Андреем Кириченко мы встретились в одной из школ Новоусманского района. Место встречи выпало случайно, мы не собирались говорить с бывшим бойцом разведвзвода на тему отцов и детей – нас интересовали его ратные дела. Но оказалось, что война – это вовсе не танки, самолеты и артиллерия, а, скорее, место большого откровения. Нам казалось, мы говорили об Афгане, а на самом деле – о мужской дружбе и сыновней любви.
Андрей Михайлович Кириченко, ветеран Афганистана, боец отдельного разведвзвод...
Андрей Михайлович Кириченко, ветеран Афганистана, боец отдельного разведвзвода 66-й бригады, 46 лет, Новая Усмань

Андрей Михайлович Кириченко родился в 1968 году в небольшом узбекском городке, о котором поется в небезызвестной песне – «ты в пустыне спасительный круг», в городе-мечте для путников, желающих напиться воды и получить защиту от солнца – Учкудуке.

Когда Андрей подрос, их семья переехала в город Навои, названный в честь персидского ученого, мыслителя и писателя. Романтизм, окружавший молодого человека с детства, закончился, когда его, не успевшего сдать летнюю сессию в институте, призвали в армию, направив в знойный и душный Джелалабад, над которым, не переставая, летали вертолеты. Это был 1986 год. Афганская война.

Неспокойный город

Пять месяцев в учебке близ границы с Афганистаном – школа выживания для тех, кто не привык к жаре. Андрею в отличие от большинства новобранцев привыкать не требовалось: там, где он родился, в Учкудуке, климат тоже не сладкий – бывает и до +50 доходит.

В отдельный разведвзвод 66-ой бригады, куда хотел попасть Андрей, был жесткий отбор. В задачи взвода входил контроль над безопасностью передвижения советских колонн с устроенных на горных вершинах блокпостов, потому брали только самых сильных и выносливых. Кириченко взяли.  

– Мне предстояло служить в одном из самых неспокойных городов Афганистана – Джелалабаде. Там никогда не умолкали автоматные очереди и разрывы гранат, – вспоминает Андрей Кириченко. – Первое, что меня шокировало по прибытию – это куча разбитых самолетов на аэродроме. Сейчас эта картина напоминает мне песню Александра Розенбаума «Черный тюльпан» о вертолете с телами погибших солдат.

Хитрости «пастухов»

– У «духов» были немецкие шести- и двенадцатизарядные реактивные минометы «Ванюша». Они по сухому руслу вытаскивали орудие, выстреливали два раза в сторону аэродрома и меняли позицию, чтобы мы не могли их обнаружить – рассказывает Кириченко о хитростях противника.

Выдумок было много. Например, чтобы незаметно доставить боеприпасы к огневой точке, моджахеды привязывали снаряды к животу барана, вытаскивали его на точку, отвязывали груз и возвращали барана назад для следующей передачи.

Очень часто подобные хитрости стоили жизни советским солдатам. Андрей Михайлович рассказывает, как однажды во время боевого выхода их саперы подорвались на мине с «секретом». Сапер начал, как положено, выкручивать запал, в этот момент контакты секретного механизма соединялись, и мина самоликвидировалась. Сапера разорвало на части. Еще несколько человек получили множественные ранения. Солдату Титарцу осколки попали в область головы: лицо все будто в наколках было. Федорцу и Кальнину осколки попали в глаза, но после операции зрение вернулось. А вот капитан Степаненко, который шел сразу за сапером, так и остался слепым. На тот момент ему было 24-25 лет.

– Или вот еще было, – начинает воин-интернационалист. – В один из зимних дней мы приехали в Теплый Стан в Кабул. Нужно было приготовить ужин. Ребята копать новое костровище не стали – нашли старое и разожгли в нем огонь. Поставили сковороду (у нас была такая – медная, толщиной, наверное, в сантиметр), высыпали сухпаек: рис, гречку, перловку. Варево приготовилось, и мы всем взводом стали есть ложками из одного «котла». И вдруг – взрыв! Сковорода – вдребезги. Все – в каше. Никто ничего не понял. Один за ногу держится, другой – за грудь, но все живы. Оказалось, что в яму была заложена мина. К счастью, солдаты отделались синяками и гематомами – сковорода приняла весь удар на себя, да защитили теплые штаны и бушлаты. Современные сковородки такого театра бы не выдержали.

Три пункта о солдатской морали

– Самое сложное на войне – не подвести сослуживцев, не «упасть в грязь лицом». Я первую боевую операцию удачно прошел – кандидат в мастера спорта по боксу все-таки. А во время второй иду себе, водичку попиваю. Земляк Боря Коннов говорит: «Не пей». Я отмахнулся: «Да, ладно». И вскоре пожалел: от выпитой воды в условиях жары и высокогорья ноги стали ватные, так, что идти не можешь. Ребята забрали мой рюкзак, самого – под руки потащили. Это был такой позор для меня! Мне, конечно, дали «скощуху», даже не упрекнули, хоть и к слабакам у нас относились плохо: тех, кто сдавал, отправляли в пехоту, ну, или в десантуру. Потому мне было вдвойне стыдно. И всегда потом, когда приходилось идти в горы, я уже ни одного глотка воды не делал.

– Однажды взвод десантуры почти полностью погиб. Спаслись только двое, один из них – с ранением. Мы вынесли контуженого. Ну, и погибших, конечно, оставить не могли. «Духи» на двух склонах сидели, прикрыть было некому. Лишь шум горной речки скрывал звуки от нашего передвижения. Одному парнишке было так страшно, что у него за ночь бровь поседела.

– На войне у меня была только одна мечта: вернуться домой и вновь увидеть папу и маму. Там мы все переживали за родителей, поэтому придерживались правила: если знаем, что уйдем в боевой рейд надолго, то садимся и пишем сразу несколько писем домой. Для этого во взводе был ответственный, который эти письма периодически отправлял.

Ни в коем случае ты не должен писать о войне. Я, например, «был» строителем для домашних. То в Асадабаде «электростанцию строил», то спортивный городок где-то. А когда уходили на Хост на два месяца, написал, что едем школу строить. Отец, правда, все понимал. Да и по телевизору показывали, что творилось в Хосте.

Коварная «итальянка»

Шел 1988 год, начало апреля. Андрею Кириченко оставалось служить всего месяц. В тот день его взвод на боевых машинах пехоты возвращался из засады. В районе города Метерлам моджахеды оставили для колонны «подарок» – «итальянку».

«Итальянка» – это противотанковая мина итальянского производства. Ее коварность в том, что, во-первых, она в пластиковом корпусе и почти не поддается металлодетекции, во-вторых, срабатывает при многократном нажатии на взрыватель. То есть взрыв происходит, условно, под гусеницей третьей-четвертой машины. Так и произошло с БМП, на которой ехал Кириченко:

– От взрыва я получил контузию. Помню, встал, побежал, спрятался за камень, сделал несколько выстрелов. Дальше ничего не помню. Очнулся уже в госпитале. К счастью, никто от взрыва не погиб. Я в палату попал, где все – дембеля: человек 7-8 с моего призыва. Капитан заходит и говорит им: «Малярия, тиф…». Я возмущаюсь: «Это что такое?» Он отвечает с улыбкой: «Не волнуйся, и у тебя что-нибудь «найдем». Ну, и «нашли» тиф. Потом в Кабул в госпиталь отправили, где еще пролежал больше месяца.

Вернувшись с войны, Андрей Кириченко еще долго заикался из-за контузии. Месяца четыре, наверное; очень долго выговаривал слова, пил успокоительные. Но оклемался. Говорит, что адаптироваться к гражданским будням помогли друзья.

Переезд в Россию

В 2005 году Андрей Кириченко вместе с женой и двумя маленькими детьми переехал из Узбекистана в Воронеж. Говорит, русскоязычных там стали недолюбливать. Нажитое добро уместилось в контейнер-пятитонник, в солнечном Узбекистане остались товарищи, родственники и достойная работа. Ехали, как говорится, просто вперед. А впереди ничего поначалу и не было, так что начинать жизнь пришлось, считай, заново.

И вновь не обошлось без друзей. Они помогли адаптироваться, найти работу. Почти за десять лет Андрей успел поработать электромонтажником, бригадиром, энергетиком. Теперь он – главный инженер в фирме «ВоронежВторМа».  

Андрей Михайлович убежден, что главное – не впадать в уныние, какими бы тяжелыми не были обстоятельства. И всегда оставаться человеком. Вот и своих детей он учит оптимизму, умению ценить настоящую дружбу и с любовью относиться к родителям и своей стране.  

Анна Вотинова

 

Мой мир
Вконтакте
Одноклассники
Google+